Danganronpa Fanon вики
Advertisement

Сумире Хаясака (Sumire Hayasaka | 菫令 早坂) - Бывшая Абсолютная Вокалистка.


Внешность

Сама по себе внешность Хаясаки довольно посредственна (по крайней мере, по меркам аниме). У нее треугольное лицо с высоким лбом, мягко очерченными скулами и челюстью. Средних размеров нос без характерных горбинок. Серые глаза азиатского разреза, обрамленные светлыми ресницами, не отличающимися ни длиной, ни густотой, одним словом, буквально самыми обычными. Светлые же брови, высоко посаженные и с небольшим изгибом, тоже ничем не примечательны… Продолжать так можно долго, однако общая мысль останется такова – природа не наградила Сумире выдающимися чертами лица. Сложно в равной мере обозначить как ее достоинства, так и недостатки. В целом, на лицо Хаясака скорее «хорошенькая», чем «красотка» или «уродина», но иногда лучше выделяться хотя бы уродством, нежели совсем уж ничем. Не даром перед показом на люди ее всегда красят визажисты, а то и вовсе гримируют, если речь идет о выступлениях. Кстати об этом.

Когда природа не дает звезде особенностей, этим занимаются профессионалы. Из очевидного – именно они сделали Вокалистку такой острозубой, пойдя, так сказать, на решительные меры. Из менее очевидного - косметологи, парикмахеры, дантисты и тренеры эволюционировали этого покемона в его легендарную форму. Тело Сумире было приведено ими в такой вид, лучше которого она при своих природных данных уже вряд ли когда-либо добьется: у нее очень хорошие волосы и кожа, акульи зубы могут похвастаться завидными ровностью и белизной, а организм в целом здоровый и крепкий. Таким образом, просто «хорошенькая» изначально внешность при наведении лоска стала «очень даже ничего».

С фигурой Вокалистки все более интересно, чем с лицом, так что остановимся на ней поподробнее. Сумире от природы предрасположена иметь жирок там, где сейчас модно, да и в принципе иметь жирок, но тот который считается «лишним» девушка согнала. В результате у нее довольно крупные бедра и грудь, которые костюмеры не брезгуют подчеркивать сценическими костюмами и которые сама Хаясака усердно прячет под закрытой одеждой в повседневной жизни. Кроме того, для японки она довольно высокая и у нее длинные конечности с едва заметными рельефами мускул от занятий спортом. В общем, раз уж Сумире потеряла титул Абсолютной Вокалистки, то в качестве альтернативы могла бы стать Абсолютной Моделью Купальников. Может, даже жаль, что так не сложилось. Целее бы была. Ну а при учете всего, что ниже шеи, внешность Хаясаки оценивается фанатами уже как «thicc».

О хорошем качестве волос девушки уже было сказано, так что лишь малость оговоримся о ее стрижке. Сумире обладает волосами белого цвета длиною до лопаток. У нее косая челка, разделяющаяся в разные стороны от правого виска, и лицо обрамляют две короткие пряди. Иногда из-под волос выглядывают проколотые уши.

Хотя Вокалистка умеет имитировать спокойствие и уверенность на камеры, зоркий человек способен выявить ее тревожный характер по мимике и жестике. Сумире как будто не знает, куда деть руки, она то обхватывает себя, то теребит что-то, то щелкает пальцами. В ее движениях и выражении лица видно напряжение. Пожалуй, только с самыми близкими людьми Хаясака полностью спокойна и раскована. И то не факт.

Стиль одежды Хаясаки одновременно примечателен и нет. В повседневности она обычно носит что-то простое, невзрачных цветов, и при этом использует аксессуары. Девушке не хочется быть узнанной среди улицы, так что она старается не привлекать внимания и скрывает как можно больше всего… И, пожалуй, старается слишком сильно. Ладно что-то одно, но когда ты одновременно надеваешь маску, черные очки, наушники, да еще и берет, то становишься похож не то на шпиона, не то на обезьянку, которая ничего не видит, не слышит и не говорит (и любит береты). В рабочей обстановке же Сумире ходит в том, что ей дают костюмеры, а это обычно что-то прямо противоположное – то изящные платья, подчеркивающие достоинства фигуры, то наряды в стиле ями кавая, то еще какая дань современной моде от «ViEn». В поездку Хаясака взяла всего понемногу, чтобы одеваться по ситуации.

Сценические образы Ви очень разнообразны, но неизменно сочетают в себе яркость и мрачность. В комплектацию костюмов всегда входят парики самых разных цветов, но классическим считается фиолетовый. Костюмы обычно оснащаются множеством бантиков, рюш, аксессуаров в стиле ями кавай и в целом качественно и детализированно сделаны. Характерной чертой является отсутствие у Ви бровей, которые скрываются под гримом.

По международным стандартам размер одежды Вокалистки находится примерно в рамках M, но часто она носит довольно объемные вещи на пару размеров больше. По тем же меркам обувь у нее примерно тридцать девятого-сорокового размера.

Вид певческого голоса Абсолютной Вокалистки – лирико-драматическое сопрано. Излишним будет говорить, что у обладательницы такого титула по определению большой звуковысотный диапазон, она способна достигать огромной силы звука, а полетность и певучесть ее голоса легендарны. Когда Сумире поет, иногда кажется, будто она вообще не дышит. Популярно мнение, что Абсолютная должна была давным-давно бросить все эти эстрадные песенки и уйти в оперу, тем самым дав своему таланту более благородное применение. Однако пока вместо этого она радует своего слушателя мастерским экстремальным вокалом. Стоит отметить ту интересную особенность, что когда Сумире разговаривает в неформальной обстановке на повседневные темы, то немного заикается, а голос ее негромкий и мягкий. Это не природный дефект, учитывая ее успехи в речитативе, но следствие психологических зажимов. Хаясаке гораздо спокойнее, когда она поет, нежели разговаривает. Даже в профессиональной среде она немногословна и позволяет говорить за себя своим продюсерам. Говорение уверенным голосом дается Вокалистке тяжело, и обычно перед интервью и прочими подобными мероприятиями она подолгу репетирует.

Характер

Характер Сумире, пожалуй, плохо соотносится с представлениями о ее титуле, и уж тем более с тем агрессивным сценическим образом, в котором она прославилась. Если в профессиональной среде Хаясака еще держится более-менее уверенно, то в повседневной жизни это задумчивая, робкая и (не)много нервная старшеклассница. Девушка из тех, которые хотят дружить с семпаем, но слишком стесняются сделать первый шаг, поэтому при его приближении сливаются с обстановкой и тихо надеются, что он их сам заметит. Из тех, которые всегда ходят позади компании, молчат и улыбаются. Из тех, наконец, кто всегда сам за собой убирает в закусочных, чтобы уборщик на них не отвлекался. Звучит довольно странно для столь популярной представительницы шоу-бизнеса – мира постоянной конкуренции и хождения по головам друг друга, где в идеале нужны напористость, уверенность в себе и отсутствие совести. Невольно некоторые познакомившиеся с Хаясакой люди начинают задумываться – а это не (обман, чтобы набрать классы) какая-то хитрая стратегическая уловка? Может быть, допустим, это какая-то каскадерша, которая ездит по мероприятиям вместо настоящей Вокалистки, чтобы ловить за нее все Кеннедиевские пули и прочие покушения? Любителям теорий заговора такая схема оказалась бы по вкусу, однако талантливые одноклассники Сумире и работающий с нею персонал уверенно отметают эти подозрения – все же именно эта простенькая девушка и является всемирно известной Ви. Вследствие специфического воспитания, Вокалистка по сей день очень плохого о себе мнения. Она до последнего избегает активностей, находящихся за пределами ее зоны комфорта, будучи уверенной, что у нее ничего не получится. Почти с любой плохой вещью, которую про нее говорят люди, она легко соглашается. В ней прочно сидит уверенность, что сама по себе она не интересный и преисполненный негативными качествами человек, и что если она не будет петь – сразу же станет никому не нужна. Потому, чтобы компенсировать это, Вокалистка чувствует себя должной постоянно Превозмогать (тм), чтобы может быть, когда-нибудь, добившись невероятных высот в карьере, она сама и окружающие смогли принять ее. Звучит грустно и нездорово, но, в конце концов, именно такая установка привела Хаясаку в Пик Надежды. К другим же людям она обычно лояльна и внимательна, даже дружелюбна. Найти в них положительные стороны Хаясаке гораздо проще, нежели в самой себе.

Из предыдущего аспекта проистекает другой – Сумире запрещает себе испытывать многие негативные эмоции и стыдится их. Хаясаке совестно даже когда она страдает от одиночества или каких-либо других неудобств, потому что «никто не обязан подтирать ей сопли». В случае возникновения конфликтных ситуаций, не связанных с музыкой, девушка старается до последнего держаться спокойно и разрешить все мирным путем. Но если она все же взрывается, накопив в себе агрессию… Сложно угадать, к чему это может привести.

Вдобавок ко всему, Хаясака довольно боязлива. Она нервничает от столкновения с неизвестностью и какими-либо незапланированными по графику событиями. Ей категорически не нравится возможность вляпаться в гипотетические неприятности или ненароком выставить себя в неприглядном свете. Гамму же негативных чувств в ее сердце от более конкретных происшествий, типа получения очередного анонимного письма с угрозами, и вовсе не передать цензурными словами. То есть, в общем говоря, в каждую секунду жизни Вокалистка состоит из тревожности по крайней мере на тридцать процентов от своей общей массы. Только профессиональная выдержка позволяет ей худо-бедно контролировать проявления этого качества и не казаться окружающим постоянно нуждающейся в успокоительном. Разве что большую часть времени, но не всегда! За склонность постоянно нервничать Сумире ест себя особенно сильно, кстати говоря, потому что это неприятное чувство очень ей надоедает, но избавиться от него сама она не может.

Назревает вопрос – а как вообще настолько рефлексивный человек держится в своей не особо мирной профессии и даже умудрился многого в ней достичь? Что ж, люди противоречивы по своей природе.

Во-первых, наряду с Превозмогательством (тм) у Сумире также перманентно активированы пакеты Убеждения (тм) и Принципиальность (тм). И эти самые Убеждения гласят, что в условиях честной конкуренции нужно уметь с достоинством принимать свои результаты такими, какие они есть, и, если они тебя не устраивают – пахать как тварь, пока не устроят. Принципиальность же в свою очередь – что сама она никогда не прибегнет к жульничеству ни в чем, касающемся Вокала, но все равно всех победит и переиграет и уничтожит. А если нет, то это только ее собственные проблемы, потому что «никто не обязан ни в чем уступать ей или давать какие-то поблажки». Верным будет сказать, что именно в Вокале Хаясака проявляет себя наиболее жестко, так как требует от себя, порой, просто невозможного, и ее невозможные параметры успеха частично перекидываются на коллег. Следственно, ее чувствительность на их негативные реакции по отношению к себе снижена. Ведь, если она лучше поет и у кого-то с этим проблемы, то этому кому-то просто нужно начать трудиться усерднее, чем она.

Во-вторых, у повышенной нервозности Сумире вкупе с другими ее качествами есть двойное дно. С одной стороны, она всеми силами старается избегать лишних раздражителей, но все равно регулярно вынуждена с ними соприкасаться, что мотает ей нервы и портит и так уже не очень хорошую психику.

С другой, как ни странно, именно эта нервозность делает ее… по-своему стойкой. Будучи трусихой, Хаясака всю жизнь регулярно преодолевает это свое качество, проявляя недюжинную силу воли, без которой она никогда не стала бы Абсолютной Вокалисткой. Если Хаясака, после долгих и тяжких раздумий о своей несостоятельности в этой сложной жизни, все же взялась Превозмогать – то будет Превозмогать до последнего. При наличии альтернатив, однако, злоупотреблять своей закалкой девушка все-таки не станет, потому как провоцировать себе стресс лишний раз максимально за пределами ее интересов.

Не стоит упускать из виду тот факт, что в течение последнего года Сумире работала над своими психологическими проблемами со специалистом. Этот срок оказался недостаточным, чтобы кардинально изменить ситуацию, однако подвижки все же существуют. В первую очередь, девушка стала куда более ориентирована на людей вокруг и как никогда настроена наконец-то обрести друзей и в целом личную жизнь. Также ее взгляды отдалились от материнских и претерпели изменения, в результате чего она по-другому воспринимает деятельность музыканта. Хотя Хаясака не избавилась до конца от прежних установок, отныне она уделяет внимание не только технической стороне вопроса, но и чувственной, и повторяет себе, что если человек хотя бы старается – то это уже хорошо, а вот не прошеная критика – плохо. В общем, учится уважать коллег и быть собой, а не своей матерью. А там, гляди, и отношение к себе сможет переменить. Ну, или смогла бы, не будь обстоятельства ее будущего столь специфичны.

Подводя итог, смело можно сказать, что Сумире противоречива. Она склонна одновременно к самосаботажу и преодолению трудностей, к попустительству чужих ошибок и повышенной требовательности, к долгому терпению и ярким вспышкам агрессии. Она одновременно предсказуема и может преподнести сюрпризы. В какой-то мере это следствие еще не слишком большого возраста и неопытности в бытовой жизни, в какой-то - проявление нестабильности психики. Тем не менее, большим плюсом в Хаясаке является стремление к лучшему, в том числе к лучшей версии самой себя.

Биография

Как водится, жизнь человека начинается с рождения, но для полноты картины эту историю стоит начать немного раньше – за несколько месяцев перед зачатием Сумире.

Хаясака Куренай, ее мать, тогда была молода, энергична и амбициозна. Будучи выходицей из неполной и бедной семьи, она только что с отличием закончила школу и переехала из деревни в центр Токио. Там ею было принято решение не продолжать обучение, а заняться воплощением в жизнь своей мечты – построить карьеру в шоу-бизнесе. Помимо мечт у Куренай не было ровным счетом ничего – ни связей, ни каких-то специфических умений, ни нестандартной внешности, ни выдающейся хитрости или ума, ни того, что обычно называют «талантом». Тем не менее, силу решимости этой молодой женщины не стоит недооценивать. Хаясака-старшая была готова почти на все для достижения заветной цели, вплоть до продажи собственного тела, шантажа, клеветы и рукоприкладства. Непростое прошлое сделало ее непростым человеком, который отчаянно желал сделать свое будущее идеальным и стать объектом всеобщей зависти.

Отец же Сумире, Нанасе Хибики, в двадцать пять лет был начинающим продюсером. Его жизненный путь не отличался сложностью. Все необходимое, и даже сверх того, ему дала семья: хорошее образование, выгодную женитьбу, финансовую поддержку, должность в неплохом музыкальном агентстве «555 PRO», влияние и нужных людей вокруг в первые же месяцы работы. Только одного Хибики никто со стороны дать не мог – внутренней зрелости, так что в теле двухметрового мужчины в элитном костюме на самом деле находился распутный и избалованный всеми прелестями жизни подросток. К своим подопечным девушкам он относился без должного уважения и регулярно норовил пересечь границы дозволенного. Многие, не получив от вышестоящего руководства реакции на свои жалобы, уходили от Нанасе при первой же возможности, но еще больше претенденток приходило старым на замену – считалось, что он не очень-то разборчив, и берет к себе под крыло каждую, кто получит одобрение его нижнего мозга.

Для Куренай это был один из немногих шансов начать свой путь к славе не через какой-нибудь захудалый клоповник. Отбросив все приличия, она не просто многое позволяла Нанасе, но сама всячески охаживала его при первой же возможности. И хотя поначалу тот был хоть сколько-то настороже, в какой-то момент его бдительность начала ослабевать. Определенно, если не Хаясака-старшая, то кто-нибудь другая наверняка рано или поздно воспользовалась бы неумением Хибики отказывать себе в удовольствиях. Далее история одновременно прозаична и грустна. Случайность дала жизнь одному человеку, но изрядно подпортила ее как минимум двоим. Забеременев, Куренай в первую очередь подумала об аборте. Ребенок на таком ответственном этапе абсолютно не вписывался в ее далеко идущие планы. Однако с амбициями под руку идет жадность. И Хаясака-старшая не могла не задуматься – «а как я могу обратить ситуацию в свою пользу?» Будучи весьма отчаянной, но при этом не особенно успешной в создании стратегий, женщина поставила все на кон. Куренай сообщила Хибики о ребенке на третьем месяце беременности и стала шантажировать его скандалом. Она хотела занять место законной жены продюсера, тогда, минуя все эти лишние проблемы, после родов он наверняка сделает ее певицей, актрисой или кем-то еще в таком духе. Кем-то популярным. Кем-то из высшего общества, недостижимым для серой массы, как звезда. Кем-то, кого люди будут помнить десятки и сотни лет… В планы Нанасе это, однако, не входило. Он не хотел разводиться с супругой, ведь семья, от которой он зависим, не простила бы ему потери таких важных связей. Хибики вообще не хотел, чтобы вся эта история с беременностью дошла до них или его окружения. Потому, не решившись все же прибегать к насильственным способам решения своей проблемы, он хитростью обратил методы Куренай против нее же самой. Неожиданно для себя, вместо упреков и обвинений Хаясака-старшая столкнулась с нежностью и трепетным отношением. Хибики очень хорошо воспринял новость об их общем ребенке. Сказал, что это будет его первенец, и что он счастлив. Женщина утопала в подарках и внимании, и это благополучно усыпляло ее бдительность. Нанасе показывал ей фальшивые переписки с женой, в которых они обсуждали свой развод, постоянно говорил об их будущей совместной жизни, носил к ней в квартиру каталоги свадебных платьев и обручальных колец. Он обещал, что официально объявит об их отношениях и предстоящем заключении брака скоро. Совсем скоро. Вот-вот, буквально завтра… Параллельно он разбирался с тем, как возможно выйти из сложившейся ситуации наименее болезненным для себя образом. Куренай начала заметно округляться и ушла из агентства «по собственной инициативе». Когда она осознала, что уже на седьмом месяце, а «муженек» все не торопится – было уже поздно, ведь в ее сердце предательски зародилась любовь. Беременность ослабила женщину физически и психологически, у нее не было никого, с кем она могла бы посоветоваться, и, кроме того, лишившись работы, она зависела от Нанасе финансово. Ему осталось лишь сделать последний ход – надеть личину обманутого достоинства и надавить на переоценившую свою хитрость любовницу. Подставные свидетельские показания о связях Куренай с другими мужчинами и фальшивая справка о том, что Хибики бесплоден, дали ему карт-бланш на свинство. Хотя в большой степени это был блеф, ведь дактилоскопия все еще могла доказать его отцовство, сработал он идеально. Хаясака-старшая билась в истерике, умоляя его поверить, что ребенок и вправду общий для них обоих. Тот, однако, был непреклонен. «Ради всего, что между ними было», он обязался финансово поддерживать ее и «этого выродка» финансово до рождения и в первые пару лет после. С Куренай же была взята роспись, что отцом своего ребенка она подтверждает кого-то другого. Разбитая, одинокая и потерянная, она плохо соображала, что делает, и надеялась послушанием вернуть себе расположение возлюбленного. Ожидаемо, это ничуть не улучшило ее положение, и оставшиеся месяцы беременности она провела в отчаянии и одиноком пьянстве. …Третьего марта XXXX года на свет наконец появляется Хаясака Сумире, будущая Абсолютная Вокалистка. Как ни странно, полностью здоровая. Да только порадоваться этому, кроме ее матери, было особенно некому. К счастью или горю, Куренай не возненавидела дочь. Сумире стала продолжением одновременно ее самой и ее возлюбленного, их общим билетом в вечность… И одновременно той, на кого Хаясака-старшая перевесила тяжелую ношу воплощения своих мечт. Под ее покровительством Сумире должна была избежать тех же ошибок и добиться их общего успеха. Куренай грезила только об этом, трепетно взращивая свое чадо в любви и ласке и ожидая того момента, когда будет можно организовать для него занятия пением – ее любимым искусством. Она хотела видеть дочь идеальной, воздвигла на ее счет нереалистично большие ожидания. Не удивительно, что, столкнувшись с первыми проблемами, женщина испытала жгучее разочарование. Сумире начала заниматься вокалом с преподавателем с трех с половиной лет. Это до вредного рано, ведь ни необходимые качества, ни гортань ребенка в таком возрасте еще не сформированы, и заработать нежелательные последствия легче легкого. Девочка, несмотря на это, была неплоха. В первые годы жизни мать привила младшей Хаясаке уверенность в себе и поощрила к развитию природный артистизм. Ее результаты были «выше средних» для ребенка такого возраста. Вот только результаты «выше средних» не устраивали Куренай. С каждым занятием женщина злилась все больше, слыша далеко не то, что ей хотелось бы. Она начала критиковать дочь. Заставлять ее заниматься и после ухода наставника вместо игр. Кричала на нее, когда та сопротивлялась, и даже физически наказывала, чего никогда раньше не происходило. И Сумире, потеряв удовольствие от пения, стала показывать все меньший и меньший прогресс. Куренай не была готова стать матерью сама по себе, а произошедшее с Хибики и ее толком не начавшейся карьерой и вовсе подкосило женщину. Она была объективно плоха в материнстве в этот период жизни, и не могла адекватно на это отреагировать. Она снова начала пить. Из более-менее спокойной и обычной жизнь Сумире стала стремительно превращаться в какое-то неразборчивое месиво. Все рушилось на ее глазах. Куренай все больше времени проводила вне дома, оставляя малолетнюю девочку наедине с собой в ее комнате. Занятия стали нерегулярными, то ли оттого, что на них не всегда оставались деньги, то ли мать уже сомневалась в их нужности. Преподаватель странно вел себя, словно ему было неуютно находиться в их доме, и иногда снимал занятия без объяснения причин. Стало холодно и плохо на душе. Стало так, словно она в чем-то виновата. Сумире рано впервые почувствовала себя ненужной и нелюбимой, но то, что она все же успела познать родительскую заботу и могла осознать контраст прошлого и настоящего, усугубляло ситуацию еще больше. Она очень стремилась к матери, и, несмотря на возраст, много и старательно занималась, чтобы та простила ее. Иногда это помогало Куренай собраться с мыслями. Иногда столкновения с реалиями жизни снова выводили ее из строя. Самый близкий будущей Абсолютной человек был то добрым и любящим, то холодным и презрительным, то рассказывал ей на ночь сказки об их будущей счастливой жизни, то бил и оскорблял ее, то был рядом сутки напролет, то те же сутки напролет бросал ее в одиночестве, не всегда позаботившись хотя бы о том, чтобы у дочери был доступ к воде и пище. Разумеется, это не могло не повлиять на девочку наихудшим образом. Некоторые нездоровые наклонности, приобретенные Сумире в этот период жизни, остаются с нею по сей день. Сумире не была отправлена в детский сад, так как мать не хотела с этим возиться. Когда Куренай была вынуждена устроиться на работу после прекращения финансовой поддержки от Хибики, девочка стала проводить в одиночестве в своей запертой комнате от восьми часов почти каждый день, где компанией ей был в лучшем случае телевизор. Хаясака-старшая самостоятельно разработала для нее «план занятий», которого та должна была строго придерживаться, записывая тренировки на диктофон и отчитываясь о своих успехах каждый вечер. «План» был разработан совершенно не профессионально. Он был слишком тяжелым для ребенка дошкольного возраста. Периодически у Сумире пропадал голос, за что ее то жалели, то строго наказывали. Хорошие результаты поощрялись так же нестабильно – с равной вероятностью Хаясака-старшая могла как устроить дочери выходной в парке развлечений, так и хладнокровно заявить, что впредь ей нужно стараться еще больше. Кроме того, мать лишь в редкие моменты просветления занималась с Сумире чем-то кроме пения, так что будущая Вокалистка долгое время не получала надлежащего дошкольного образования. Ну и как вишенка на торте – сомнительная социализация. Сумире была способна поддержать адекватный разговор один на один, и вела себя относительно в рамках приличия, но не знала многих элементарных вещей и совершенно терялась при необходимости работать в группе. Преподаватель вокала, хоть и стал посещать семью Хаясака гораздо реже, не мог не отметить постепенного угасания когда-то очень жизнерадостной и уверенной в себе девочки. Хотя та отрицала, что что-то не так, он смог понять, что ребенок просто запуган матерью. Однажды мужчина надолго задержался после занятия, чтобы поговорить с Куренай, и доходчиво объяснил ей, что если не увидит улучшения ситуации в скорейшем времени - будет жаловаться в правоохранительные органы. Только благодаря этому в последний год перед начальной школой Сумире стала заниматься на дому с педагогом, который улучшил ее навыки чтения, счета и письма примерно до уровня нормальных. Тем не менее, девочка все еще оставалась не приспособлена к миру вне дома и отставала от обычных детей в эрудированности. Преподавателя по вокалу Хаясака-старшая чуть позже заменила на менее докучливого, и со своим доброжелателем ее дочь больше не встречалась. К сожалению, нельзя сказать, будто ситуация в жизни будущей Абсолютной улучшилась с поступлением в школу. Она очень плохо переносила попадение в чуждую себе обстановку и множество посторонних людей вокруг. Сумире постоянно плакала по самым незначительным поводам, из-за чего стала объектом насмешек одноклассников и породила справедливые сомнения в преподавателях относительно своего ментального здоровья. С учебой у нее тоже не особо ладилось, и в целом посещение школы воспринималось девочкой как жесточайшее из наказаний. Куренай множество раз настоятельно рекомендовали проверить дочь у специалиста, однако та реагировала на это до неприличия агрессивно и стремилась не решить проблему, но заставить виновницу торжества скрыть ее. В итоге в школе Сумире была изгоем, а дома постоянно получала нагоняи за то, что она изгой. Тем не менее, «план занятий» продолжал действовать, и в жизни Хаясаки-младшей он был чуть ли не единственным источником стабильности. К моменту поступления в третий класс младшей школы, Сумире стала совсем тихой и незаметной, настолько, что почти сливалась со своей партой. Учителя иногда ошибочно ставили девочке пропуски, а одноклассники как будто забывали издеваться. Как ни иронично, в таких обстоятельствах даже то единственное, в чем будущая Вокалистка была сильна, обернулось против нее, ведь когда на уроках пения она открывала рот, о ней вспоминали. И тогда сверстники начинали шептаться и хихикать за ее спиной, говорить, что она слишком многое себе позволяет, выделяясь в хоре, что она абсолютно лишена стыда, скромности и коллективного духа, и наверняка считает себя лучше них. Преподаватели же не раз задумывались об отправлении Хаясаки на какие-нибудь музыкальные конкурсы, но постоянно передумывали, опасаясь, что такая «неказистая» девочка с сомнительными оценками и странностями в поведении только посрамит их. Легко представить, как обидно слышать подобные пересуды. Лишь каким-то чудом девочка не возненавидела пение в этот период. В итоге Сумире каждый будний день отсиживала уроки, абсолютно не заинтересованная в них, и первой покидала класс, чтобы поскорее запереться у себя в комнате и хотя бы крупицу времени не чувствовать всестороннее осуждение. Дома девочка регулярно не выполняла домашнюю работу, которая была слишком сложной для нее, из-за чего ее школьная репутация портилась все больше. Мать, к счастью или горю, не обращала на это внимания, потому что самой ей идеальная школьная успеваемость в свое время ничем не помогла. В любой непонятной ситуации она просто увеличивала дочери продолжительность тренировок по вокалу, и в итоге они дошли до попросту абсурдного количества часов в день. Одним словом, мрак. Однако именно в этот период случилась очень важная подвижка в сложившейся ситуации. Некоторое время назад Куренай окончательно потеряла надежду на возвращение Хибики и стала встречаться с мужчинами. Иногда она приводила их домой, и тогда Сумире полагалось сидеть в своей комнате бесшумно, чтобы не помешать маминым любовным похождениям. В большинстве своем мужчины не задерживались в жизни семьи Хаясака надолго, но одному из них это, наконец, удалось. Ямада Ицуки стал отчимом Сумире и, немного позже, отцом ее младшей сестры. Кроме того, он был первым человеком в жизни Вокалистки, стабильно относящимся к ней хорошо, вне зависимости от результатов учебы или прогресса в пении. И девочка, несомненно, с первых же дней отвечала ему взаимностью. Ицуки настоял на переводе Сумире в другую школу, чтобы груз плохой репутации из начальных классов не преследовал ее оставшиеся годы обучения. Он много разговаривал с ней. Водил в разные культурные и развлекательные места. Делал с ней уроки. Хвалил за старательность в занятиях вокалом. Объяснил ей, что одноклассники так реагировали на ее пение из зависти. Сделал маму снова доброй и домашней, и уговорил ее отказаться от «плана». И, что позже оказалось крайне немаловажно, купил ей компьютер и научил ее пользоваться интернетом. Благодаря любимому отчиму, в течение следующих четырех лет Сумире значительно изменилась к лучшему – стала более социально адаптированной, у нее снизился уровень нервозности и улучшились результаты как в учебе, так и в вокале, более-менее стабилизировались отношения с матерью, которая перестала ее зверски нагружать. Хаясака все еще была далека от того, чтобы завести себе друзей в школе, но, по крайней мере, ее навыки пения на новом месте наконец оценили по достоинству. В Японии, с ее духом коллективизма, сольные вокальные конкурсы – редкая вещь. Тем не менее, обо всех подходящих Сумире мероприятиях учителя тут же сообщали родителям, и с гордостью говорили о своей причастности к тем наградам, которые она неизменно получала. Куренай в этот период как никогда часто хвалила дочь, и, наконец-то снова окруженная ее вниманием и заботой, Сумире впервые за долгое время почувствовала себя счастливой. Стоит отметить, что, несмотря на положительное влияние Ямады, в сознании Вокалистки к этому моменту уже созрела и прочнейшим образом закрепилась годами вбиваемая мысль: несмотря на козни завистников, именно благодаря своему таланту и тяжелой работе она способна добиться любви и принятия. Без них же она не стоит ровным счетом ничего, ни в чем не хороша и никогда не достигнет чего-либо. Потому она должна стараться больше… Еще больше… Больше, чем кто бы то ни было, чтобы компенсировать свои недостатки, которые досаждают всем окружающим и которые невозможно терпеть. С подобной нездоровой, но очень сильной установкой, появившейся стабильной поддержкой и активно развивающимся самосознанием, Сумире как никогда раньше стала вкладываться в вокал, теперь гораздо точнее понимая, что и зачем она делает. Когда Сумире было тринадцать, родилась ее младшая сестра, Ямада Момо. Для героини это ознаменовалось в первую очередь тем, что мать и отчим стали уделять меньше внимания ей и больше – совершенно не музыкально орущему свертку в их спальне. Ложью было бы сказать, что будущую Абсолютную это совсем не расстраивало, напротив – она была глубоко и до слез обижена на всех троих. Тем не менее, в ее новом положении нашлось ранее недоступное преимущество – свобода. Родители были слишком заняты младенцем, чтобы следить за ней с прежней пристальностью, а тренировки по вокалу ограничены адекватным режимом, так что у Сумире… Совершенно внезапно появилось личное время!Настолько внезапное и настолько личное, что долгое время она не могла придумать, куда себя деть, и в итоге ударилась в мангу, аниме и серф на интернет-волнах. И хотя к данному моменту пучины интернета (к счастью) поглотили в себе ее первые фанфики по Наруто, фурри-осов и ролевой отыгрыш по Покемонам, этот период жизни отнюдь не прошел бесследно для Абсолютной. Погружение в интернет не только сильно помогло ее социальной адаптации, но и стало важной ступенью на пути к славе. В четырнадцать Сумире начала изредка выкладывать на популярный видеохостинг свои первые каверы, необработанные и снятые на дешевенькую камеру. Фидбек на них был небольшим, но в целом положительным. Единственное, что иногда смущало зрителей помимо качества аппаратуры – еще не слишком презентабельная внешность певицы, полненькой девочки с первыми прыщиками на лице. Это тоже нашло свое отражение в будущем творчестве Абсолютной – по сей день она отдает предпочтение анимационному ряду в видеоклипах и при возможности не появляется перед зрителями лично. Так или иначе, постепенно Хаясака втягивалась в процесс все больше, и, наконец, подсела на одобрение аудитории. Вскоре, заполучив хорошее оборудование, она удалила старый канал и присоединилась к любительской кавер-группе «Magic Melody Note», полностью функционировавшей через интернет. Никнейм она оставила тот же – Cry Baby. Сумире была самой младшей в коллективе, но, вместе с тем, одной из самых опытных и, определенно, самой усердной. Когда MMN принимали ее к себе, то не рассчитывали ни на что особенное, однако девочка… чуть ли не присвоила себе канал! Переняв паттерны поведения матери, юная Хаясака принялась требовать ото всех невозможной продуктивности, при этом сама она с фанатизмом выкладывала видео при первой же возможности, и постепенно стала собирать все больше и больше просмотров. Актив на канале стремительно рос. Напряжение в коллективе тоже. В команде произошло множество конфликтов на этой почве, однако ситуация не менялась к лучшему. С пугающей быстротой в некогда сплоченной группе друзей разгоралась конкуренция, и жар этот опалил многих. Вместе с просмотрами рос гонорар, получаемый участниками проекта, и возможно надежда впоследствии заработать или стать известнее, а может быть интерес к дальнейшему развитию событий, все же сохранили MMN от окончательного распада. Выбывшие участники лишь разочаровали Хаясаку «непрофессионализмом» и стыда за свое поведение она не испытывала ни секунды. У девочки, становящейся девушкой, не было дружеской любви, но появилась любовь зрительская, и это двигало ее вперед. Следующие два года Хаясака активно работала над многомиллионным каналом, при этом продолжая участвовать в конкурсах, масштаб которых рос вместе с нею. Все свои деньги она тратила на занятия вокалом – оплачивала монтаж видео, сведение звука и переводы текстов, когда оставшиеся члены команды не успевали ими заниматься, копила на все лучшую и лучшую аппаратуру. Не вкладывалась девушка только в рекламу канала и убеждала отказаться от этого остальных. То – отражение ее убеждения, что если она будет петь достаточно хорошо, то зрители придут сами и безо всяких «уловок». Сколько миллионов могли бы собрать MMN, если бы рекламировались – остается только предполагать. Возможно, с тем успехом Сумире бы взяли в Абсолютные гораздо раньше.


В числе прочих примечательных событий этого периода можно назвать то, что Хаясака принялась вовсю изучать экстремальный вокал и речитатив с новым преподавателем, и была в них удивительно хороша. Соседи почти не стучали в стену, боясь, что адское животное с той стороны придет и сожрет их. Конечно, при всем этом активном творческом процессе никто не отменял и посещение школы, но помимо самого обычного учебного процесса там не происходило ровным счетом ничего особенного. Дома Сумире по мере возможности проводила время с родителями и сестрой, которая постоянно обижалась на нее, что они совсем мало играют вместе, но и тут в целом был мир, тишь и благодать. Короче говоря, интересной личной жизни за пределами интернета и своей комнаты по ночам у Вокалистки все еще не было. Может быть, оно и к лучшему. Усердная работа, тем временем, давала плоды. Не преувеличением будет сказать, что Вокалистка уже тогда была весьма успешна в интернет-среде: в соцсетях существовали ее фан-группы, фанарты ее маскота так широко распространились, что массы начали интересоваться вопросом «что это за аниме», а канал MMN стал самым крупным из подобных. Купаясь во внимании основной аудитории, девушка, тем не менее, была очень скупа на личную информацию и предпочитала оставаться загадочной персоной. Частично причиной тому была боязнь, что, узнав ее настоящую, поклонники разочаруются, а отчасти это были меры безопасности. Редкие, но эффектные выступления на конкурсах, однако, так же не оставались незамеченными. Хаясакой, несмотря на некоторую внешнюю зажатость, постепенно начинали интересоваться и вне интернета – вокал ее к тому моменту был уже поистине впечатляющим. Описать детскую радость Куренай от первых полученных приглашений в различные агентства невозможно, и, конечно, она сочла необходимым для Сумире двигаться дальше. К выбору места работы будущей Абсолютной она подошла с огромной ответственностью и… такими же огромными амбициями, да. «555 PRO». Все дороги ведут сюда. Куренай, как и Сумире, выросла за эти годы, и давно уже перестала испытывать чувства к Хибики. Вместе с тем, у нее было много времени на осознание, что неудавшийся муженек злостно обманул ее… И на то, чтобы созреть для небольшой, совсем крошечной мести. Воспользовавшись предложением, она устроила дочь в «555 PRO». Но не к Хибики, а к его младшему многообещающему коллеге, Амано Фуми. Не только жажда мести говорила в его пользу. И без того крупное агентство только разрослось за эти годы, и это было лучшее из полученных Сумире предложений. К тому же, в отличие от большинства остальных заинтересовавшихся продюсеров, Фуми связался с семьей Хаясака через рабочую почту Cry Baby. Ознакомившись с большим количеством материала на канале, он осознавал потенциал и возможности Вокалистки, и желал полностью реализовать их. И, что самое важное… Фуми и Куренай, стоит признать, одного поля ягоды в плане масштаба затей, так что быстро поняли друг друга. Проект, который он тогда еще только планировал, был специфичным, и никто не мог ручаться за его успех. Тем не менее, Сумире идеально подходила для такой работы. Риск оправдывал себя – в случае неудачи девушка ничего не теряла, а в случае успеха… Тогда они еще преуменьшали последствия, которые повлечет за собой этот успех. Идея заключалась в следующем: виртуальная группа под названием «DISTORTED ARCADE», выступающая в жанре авангардный метал, соблюдающая интригующую анонимность участников и отличающаяся специфичным, кислотно-мрачным визуальным стилем видеоклипов. Авангардные жанры на то и авангардные, что не для всех, однако Фуми долгое время изучал интернет-культуру, и старался разработать такой проект, который будет отвечать нуждам и требованиям тамошней современной аудитории. Уговорить начальство на такую авантюру было сложно, однако все звезды на небе сошлись, и добро было получено. …Так шестнадцатилетняя Сумире Хаясака стала V.

Успех первых же видеоклипов был ошеломительным. Каждый из них становился вирусным и проникал за пределы страны Восходящего Солнца. Вероятно, большое количество аудитории сбежалось на них с канала «Magic Melody Note», который Сумире пришлось покинуть без объяснения причин. Кто-то якобы случайно закинул в общественность идею, будто Ви и известная интернет-певица – это одно лицо, и хотя по голосу многие и впрямь узнавали ее, официального подтверждения этой информации не было до самого поступления Хаясаки в «Пик Надежды». В целом менеджмент внешний дел «DISTORTED ARCADE» Сумире мало касался. Ее задачей было петь, и девушку это полностью устраивало, пока Фуми хорошо справлялся со своей работой. Под его началом она послушно выполняла все требования, и ее известность как Ви росла не по дням, а по часам. Хаясака была бы буквально мечтой, а не подопечной, если бы не конфликты внутри коллектива, которые она продолжила разжигать и здесь по тем же самым причинам. Остальные участники DA постоянно подвергались социальному давлению, и куда большему, нежели любители из кавер-группы. Амано пришлось провести несколько замен в составе музыкантов, перед тем как Вокалистка все же с усилием поумерила свой пыл. О дружбе с «безалаберными» коллегами она все еще и не помышляла. Отношения в DA были такими же холодными и профессиональными, как и в MMN. Деятельность «DISTORTED ARCADE» продолжала стремительно набирать обороты, и это привлекало все больше внимания разных людей с деньгами. Хибики, разумеется, также не мог не узнать о происходящем, и мало сказать, что ему было «неприятно». Портить работу Сумире он бы не осмелился, ведь это означало портить ее всему агентству, ставшему крайне заинтересованным в продвижении DA. Да и не так уж ему этого хотелось. Чувством, которое испытал Нанасе, была скорее горечь, нежели злоба. Даже более того, в какой-то степени он ощутил и раскаяние за былое поведение. И хотя мужчина все еще не мог признать дочь от любовницы официально, ему хотелось приложить руку к ее успеху. Помимо посильной помощи Амано в менеджменте группы, Нанасе использовал для дальнейшего продвижения Сумире лучшие семейные связи. Он, в том числе, приходился родственником директору корейского дома моды «ViEn» («Visual Enchantments»), который среди прочих согласился на сотрудничество. Стали активно обсуждаться первые живые выступления DA, на которых участники должны были носить стилизованные костюмы от «ViEn». Они специализировались на выпуске нестандартной одежды, склоняющейся к стилю викторианской эпохи, и, взяв это за основу, прибавили к ней модный в современной Японии «ями кавай». Это повлияло не только на внешний облик Ви и музыкантов - Куренай и Хибики смогли уладить свои противоречия, придя к общей цели в виде продвижения дочери, а Сумире время от времени общаться со своим биологическим отцом. Переход от виртуальных выступлений к живым не был быстрым. Состав DA долгое время готовился к нему физически и морально. Сумире пришлось начать заниматься спортом, чтобы привести свой внешний вид к современным стандартам красоты, при помощи косметолога избавиться от подростковых кожных проблем, и даже обточить зубы ради стилистики группы. Из школы она для удобства и безопасности перевелась на домашнее обучение, но ей все равно не хватало времени, и иногда она даже ночевала где-нибудь в агентстве. Но на все это она была готова. Даже более того – Хаясака согласилась на участие в еще нескольких схожих с «DISTORTED ARCADE» проектах поменьше, выпускающих песни в других жанрах. Так она была задействована в создании нескольких альбомов в составе фолк-группы «Heartbeat, Heartbreak», хип-хоп группы «Thunder» и других. Когда спустя полтора года все же дошло до реализации первых живых выступлений «DISTORTED ARCADE», билеты на них были скуплены в считанные минуты, а концертный зал переполнен. Стоя перед огромной публикой, смотрящей на нее и кричащей ее псевдоним, Сумире почувствовала себя… переродившейся?.. Что-то в ней изменилось. Что-то в ее мыслях и в душе стало по-другому. Она поняла, что… … …Об этом будет рассказано когда-нибудь позже. А пока, успех DA, в разы громче всех предыдущих, сотряс земной шар. В Академии «Пик Надежды» не могли не услышать об этом. И не могли не присмотреться к звезде группы – выдающейся вокалистке, способной своим голосом пробудить чувства в сердце каждого. Сумире Хаясака, она же Ви… получила заветное приглашение, и ее личность была официально рассекречена. Публика отреагировала на девушку нормально, и здесь должен был быть хеппи энд… Однако отучилась она в Академии всего около года, прежде чем внезапно пропасть из поля зрения общественности, пропустить кучу занятий и экзамены, и с треском оттуда вылететь. Никто не знал, куда делась Вокалистка. Семья девушки, начавшая скрываться, никак не комментировала ситуацию. Работа DA безнадежно встала без своей звезды. В «555PRO» все большие дяди в один день массово поседели. Амано Фуми был уволен. В надежде на возвращение Ви, продюсеры сделали объявление общественности, что она лечится от некой болезни голосовых связок, чтобы прикрыть ее. А время все шло и шло… До тех пор, пока почти через год Сумире не воспрянула из праха так же неожиданно, как и превратилась в него. За прошедшее время она улучшила состояние как своего физического, так и психического здоровья, пересмотрела некоторые взгляды и с вновь приобретенной поддержкой Академии планировала вернуться к карьере. Возможно, на самом деле ее проблемы не были решены, но приглашение на курсы реабилитации, упавшее ей на голову, словно небесная манна, не могло ждать. Бывшая Вокалистка решительно приступила к своей новой цели.

Интересные факты


  • Английский язык был выучен певицей ради карьеры. Благодаря частой практике она также управляется с ним вполне свободно. Японский же является основным языком Хаясаки.
  • Сумире страшится стать жертвой какого-либо преступления. Любого, но особенно изнасилования и убийства.
  • Певица плохо переносит графические изображения брутального насилия над реальными людьми и животными. Созерцать бодихоррор на картинках и в аниме – не проблема, но уже от самой стандартной сцены расчлененки в фильме ужасов Вокалистке может стать дурно.
Advertisement